Олег Шашков. Кидающие руны

Посвящается: неординарно мыслящим радикалам, способним понять и осознать
смыслЪ всего нижеописанного, филосоffским натурам, тонким душам поэтов и
художников, всем Чутким к своим и Чужим ощущениям существам…
Спасибо: добрым людям, кельтским друидам, волшебникам и чародеям, узорам
и скользящим поверхностям, ручке гелевой и бумаге писчей, четырем стихиям,
трем китам и черепахе, Истинной Музыке и настОящему Общению…
Атакже: «ТорбеНаКруче» и Раену, Юноне~, Богу, моим воспоминаниЯм…

Со всей признательностью, автор. rgto\~

 

Хаос Вселенной

Наши нервы натянув на струны,
Нам играет глупый марш судьба.
Нас ведут таинственные руны,
Нам вещают святые слова…

Нас тащили и тыкали носом,
Нас кидали то в пекло, то в лед.
Мы всю жизнь задавались вопросом:
Кто, куда и зачем нас ведет?

Кто способен за красками мира
Разглядеть только блики стекла?
Как пылинка на грани сапфира,
Что ценителя взор привлекла,

Мы — лишь часть сей предвечной Вселенной.
И не главная мы ее часть…
Истлевает наш пепел тленный,
Чтобы в хаосе пепла пропасть…

 

Сам по себе

Сам по себе.
Ни много и ни мало.
Самодостаточен.
Достаточен себе.
А время замерло,
Остановилось, встало…
Недвижим груз его
В недвижущей судьбе…

Сам по себе.
Как лезвием по венам.
Как сердце стуком
Бьет по тишине,
Я в ожиданьи перемен
Дождусь измены,
Что пробужденьем ото сна
Придет ко мне…

 

Танцы на лезвиях бритв

Притягательны танцы на бритвах
Меж судьбою натянутых струн,
И, метаясь в восторженных ритмах
Сквозь иероглифы древних рун

Мы не можем добиться прозрения
От тягучего, липкого сна.
Бесконечной цепочкою звеньев
Дни навек нам закрыли глаза…

Притягательны танцы на бритвах!
Так манящи, желанны они…
И в закрытых зрачках огни
Засверкали в бессмысленных битвах.

Заблестели, окончив покой,
Разрывая на радость и горе
Бесконечность цепи жизни той,
Что у бритв отвоевана в споре.

Притягательны танцы на бритвах
В затуманенных наших глазах;
Это сказка все, чувства на нитке,
И на нитке подвешенный страх.

Это сны… Это серые лица…
Острия безразличных ножей…
Это лезвия, звенья и спицы
Всей бессмысленной жизни твоей!..

 

Милая и родная

Знаешь, милая и родная,
Ведь уже не далек тот день,
Когда в жарком бреду, умирая,
Я растаю, истлею как тень.
Слышишь, милая и родная,
Мне легко будет сделать ход.
Лишь в глаза твои, что без края,
Загляну словно в небосвод,
И ресниц твоих горизонты
Для меня разведут мосты…
Только помни, родная, помни:
Вслед за мною уйдешь и ты.
Веришь, милая и родная, —
Ты и там навсегда со мной,
Я навеки тебя оставляю
Сердцу милою и родной!

 

Очень странная Любовь

Слов твоих слышать шелест трепетный
Мне дороже, чем райские своды.
Взгляд твой томный, ведущий в ветреное, —
Как для узника дух свободы.

Я, судьбу проверяя злую,
Для тебя преподам урок:
Пистолет — в твою руку чужую,
И покорно подставить висок…

Как же все-таки это прекрасно:
Обнажить беззащитную плоть,
Под удар подставляясь страстно,
Все сомненья свои побороть.

Свою слабость тебе предоставив,
Каждый миг ожидая боль,
Убеждаться, что ты доверяешь,
В раны мне не насыплешь соль.

Распахнув для тебя свою душу,
Показать все глубины души,
Понимая: хоть сердце снаружи,
Ты удар нанести не спешишь…

 

Этот странный баланс на лезвиях,
Этот маятник наших сердец…
Я тебя обесцвечу нежностью,
И началу придет конец.

И, желаньям твоим подвержен,
Так, как парус подвержен ветрам,
Я с тобою и жесток и нежен,
Я страдаю и мучаюсь сам…

Радость боли и радость безболия
Ты мне даришь всегда, и сейчас
Острие твоего своеволия
Мне направлено точно в глаз.

Вновь меж нами разрез проводится,
Вновь разводишь и рушишь мосты,
Вновь один из нас втайне молится,
Вновь теряешь надежды ты…

Кто из нас и кому подвластен —
Слава Богу, — не нам решать,
Но в объятия сладострастия
Возвращаемся мы опять.

Так твоя неземная улыбка
Заставляет меня обнажить
Под защитой туманной и зыбкою
Понимания тонкую нить.

И доверие, что терпеливо,
Снова мне зажигает кровь, —
Значит все-таки справедливая
Очень странная наша Любовь.

 

* * * * *

Нот последних перелив,
Дым и тени колыханье,
Уходящий вдаль мотив
И тиши седой молчанье…

Мне напомнит все о том,
Вспоминать о чем нет смысла.
Мне прошепчет тихо дом;
Каплей крови мысль зависнет…

И, несказаны, слова
Искрят в бликующем бокале,
Так жизнь ушла и унесла
Все то, что в жизни мы искали.

 

18-е лето

Потерян счет всему, что спето.
Забыта мера мер; всему,
Что по-весеннему раздето,
Что в тишине ласкает слух,
И душу тонкую поэта
В здоровый превращает дух,

Что солнцем пламенным согрето,
Так, что не спрятаться в гробу, —
Всему — одно сплошное вето,
Непроходимое табу…

И не вернуть, и не вернуться,
Не вспомнить и не сосчитать.
Как мысли, друг о друга трутся
Шелк простыней и мать-кровать.
Так автор мильонов затопленных душ,
Купаясь в беспечном рассвете,
Искал отражения в небе луж
В своем 18-м лете… … …

 

Понимание

…В ответ на долгое молчанье
Двух глаз заведомо печальный
В глаза посмотрит тихо взор.
В нем не мольба и не укор, —
Доверье в нем… и пониманье…

 

Медь

…А для кого-то сыплют медь огни,
Сверкают блики и искрят, как солнца…
А для кого-то дороги те дни,
И время то, что мне уж не вернется…
А для кого-то сыплют медь огни,
Сверкают блики и искрят, как солнца…
А для кого-то дороги те дни,
И время то, что медью обернется…

А для кого-то медь звенит в ушах,
А для кого-то медью воздух бьется…
И сердца стук замедлен, как во снах,
И голос пониманием нальется…
А для кого-то медь звенит в ушах,
А для кого-то медью воздух бьется…
И сердца стук замедлен, как во снах,
И голос звонкой медью отдается…

А для кого-то медью все горит,
Звучит и блещет, манит и сверкает…
А для кого-то сердце не болит,
А медным звукам и огням внимает…
А для кого-то медью все горит,
Звучит и блещет, манит и сверкает;
И без медвяных медных тех ланит
Я медленно и медно умираю…

 

Идущий в двоеочестве*

По пути своей жизни
Иду не один, —
За спиною — чужая спина.
За спиною спины —
Два могучих крыла,

Что не раз уж спасали мне жизнь.
Я дорогами битв
В переулках молитв
Отдыхаю от прошлых потерь.
Ничего не иметь —
Вот конечная цель;
Путь к ней — танцы на лезвиях бритв.

Не нашедши, терял,
Находил, не теряя, —
Я устал находить и терять!..
Что хранила душа
Сохранить бы до края, —
Душу на душу не променять…

В катакомбах судьбы,
Тусклым светом освещенных,
Заблудился, дурак-господин…
Запетлял на пути,
Зашатался на лестницах,
Но я знаю: иду не один.

 

* * * * * **

А я закутаюсь в белое,
Руки — несмело, и
Украдкой
в глаза
заглянуть
не забыть…
Мышц предательство дрожью
По болезненной коже, —
Это просто
она
не устала
любить.
Растопчу все, что дорого,
Разметаю по комнатам…
Оттолкнуться
от этого
мне бы
и взлететь…
Только мысли не слушают,
Злобой в клочья мне душу рвут,
Не дает
плыть в небо
прошлой памяти
плеть…

* — Раену, другу, соратнику, «доброму верующему»…

** — 2Pine, меланхолично-беспечно,
на «прошлую память»…
автор.

 

* * * * *

Кто придумал любовь мерять звездами?!
Кто изрезал любовь на погоны?
И влюбленным по выслугам роздано
Орденов и медалей любовных…

Кто придумал любовь солнцами мерять,
И закатами их, и расцветами?
Кто влюбленных заставил верить?
Лишь нелюбящие раздетые…

Кто придумал любовь мерять пламенем?
Кто любовь источил на спички?
И влюбленным повсюду наставили
Путеводных огней в излишке…

Только мне не нужны путеводные…
Я погоны к любви не спешу пришить…
Я на спички ее не спешу сточить,
На мгновенья закатно-восходные…

Я привык любовь мерять взглядами,
Дрожью в голосе, сердца стуком;
Я, любви отдаваясь мукам,
Так привык к тем волненьям радостным…

Так привык к вспоминаньям сладостным…
Забывать, отвыкать, — поздно мне…
Только вот… в голове… фраза…
«…Кто придумал любовь мерять звездами?»…

 

* * * * *

Мешковато замешкавшись,
Поперхнулся небрежностью,
Затерялся в беспамятстве,
Пропустил на пути

Безнадежно надеждную,
Ту, что будто бы прежняя,
Так случайно отчаявшись,
Попросила войти…

Неспроста попрощались,
Изменившись, — смеялись,
Ошибались, но верили —
Все впереди…

Разметались — остались,
Задушить все пытались,
Прошлой памятью меряя
Соки Первой Любви…

 

Ворон и Антилопа*

…Прилетал… Прилетал часто Ворон…
Прилетал Ворон к Антилопе…
Что-то каркал ни к месту Ворон
Про тюрьму и соляные копи,
Про войну и солдат в окопе;
На внезапные встречи скорый
Невпопад что-то каркал Ворон…

Говорил… Говорил часто Ворон
Все, что видел крыла взмахом.
Говорил, как летал Ворон
Над петлей и кровавой плахой,
Над людьми, что лишь рваной рубахой
Прикрывали скелет морый…
Говорил Антилопе Ворон…

И просил… И просил Ворон
Антилопу о нем помнить…
Не забыть все просил Ворон,
Одинокий и часто сонный,
И пустой, и взъерошенно-черный,
Весь тревожных предчувствий полон,
Антилопу просил Ворон…

И любил… Антилопу Ворон,
За слезу, что глаза росила…
Так любил Антилопу Ворон
За спокойную чуткую силу,
За ноздрей это фырканье милое
И за взгляд, будто нежным укором…
Так любил Антилопу Ворон…

…Антилопа его понимала…
И глазами в глаза глядела,
И рассказам его внимала,
И ему отвечала смело,
Вороненость его прощала;
Петь просил — и она ему пела,
Хоть желанья для пенья мало…

И ждала его Антилопа…
И жалела, встречала Ворона…
Без него и она одинока,
Не в глаза ей смотреть, а всторону,
Коль нет взгляда прямого Ворона…
И за встречу внезапную снова
Благодарна была Антилопа…

…Ворон грустен… Сорока-Ворона,
Ворониха, его супруга,
Своего не сдержала слова,
В одиночку оставила друга, —
Улетела; а в сердце вьюга…
Значит, он одинок снова…
Вороньем кружат мысли Ворона…

С ним остались его воронята,
Злая память, да мысли хмурые…
Вот бы выпить вороньего яда!..
Что-то крылья такие снулые…
И осанка негордо-сутулая,
А в глазах вороных — бесенята;
Дрожь играет вороньими скулами…

…К Антилопе спешит Ворон,
Рассказать о беде нежданной,
Ей поведать летит Ворон
О судьбе столь бесчестной и странной…
О Любви своей поздней и ранней,
Что из рек застоялась в озерах,
Ей сказать устремляется Ворон…

Понимает его Антилопа…
Только чем Антилопа поможет?!.
И над нею судьба жестока,
И она это чувствует кожей…
Антилопа помочь не может…
И от рока судьбы урока
Не подаст ему Антилопа…

…Что ж поделать? Лишь вместе смеяться
Над невзгодами, и лишь до срока,
От дождей только вместе прятаться
Могут Ворон и Антилопа…
Согревая друг друга боком…
Одному иль одной не остаться, —
Ведь доверием, дурманящим соком,
Слиты Ворон и Антилопа,
Эти Ворон и Антилопа…

 

Путь**

Все до нас давно написано,
Все придумано до нас.
Мне всегда потоки слышатся
Этих странных «прошлых» фраз.

Все так глупо, не ново так,
Начиная с начала начал…
Не кончаясь ничем, скрываясь в мрак,
Путь бежит, как ручей меж скал.

Есть на этом пути попутчики,
Есть и встречные на пути…
Есть идущие, есть бегущие,
А не хочешь бежать, — лети!..

* — Дорогой (просто бесценной!..) Светлане на долгую память…

** — Николаю В.Б. от rgto\…
автор.

Только где б ты ни шел-летел, —
Всюду прошлых ступней следы.
Знать, и первым быть — все не твой удел,
Знать, напрасны твои труды…

Ну а мне — свернуть с основной тропы!..
Что, свой путь протоптать не смог?!.
Будет время, — будешь считать и ты
«Прошлым» будущий мой поток…

 

Неживая вода***

В окончании начала
Я немею силуэтом,
Теплотой своей согретый,
Только этого мне мало…

Так и ласка твоя безжизненна,
Как и нежность твоя безмолвна.
Может быть, все желанья низменны?
—Может быть, все поступки греховны?

Молчаливая, неживая,
Удивишься наивно укору…
Ты, наверно, всегда такая,
Жаль, привыкну я — ох! — не скоро!..

Только вот не пойму себя:
Отчего ж ты мне мертвая милая?!.
Ты, наверно, меня, любя,
Неживою водой напоила… … …

 

* * * * *

(( Параллели ))

С каждым прожитым днем
Понимаю все меньше,
С каждой ночью —
Все меньше помню…
Что-то в мире моем
Стало жестче и резче,
Мне теперь
Не найти здесь ровню…

*** — Ирине В.Т., в воспоминаниях о прошедшем, в воспоминаниях о былом…

Минувшее, радуйся, — я тебя не забыл!..

Мне теперь не найти
Ее средь них,
И себя не дополнить
До целого…
Мне на долгом пути
Ощущать каждый миг
Настроения цвет
Черно-белого…

А мне перпендикулярны!..
Перпендикулярны Они…
Минуты, часы,
Дни, недели!..
Есть ли хоть кто-то,
И ЕСТЬ ЛИ —
Кто-то,
Кто мне параллелен??? … …

 

Злоба

Обида — грязь, а злость чиста;
Любовь и ненависть так схожи…
Один лишь шаг, — и вот черта, —
Кто любит, — ненавидеть сможет.

Ругают и клянут пусть злое,
Добряк пусть злобу проклянет, —
Задет обидой за живое,
И мне обидно за нее… …

 

* * * * *

Желтый свет фонаря
Накрошил в воду блики,
Серебром завернулась вода…
Звезды пляшут, маня,
И плывут чьи-то лики
Лики тех, с кем знаком был Тогда…

Годы вспять, или все ж
В жизни прошлой увижу
Эти лица и эти глаза…
В окружении рож —
Как я их ненавижу!.. —
Помню Их, и бежит слеза…

Нежно сумрак —
Мне руки на плечи;
Окружает меня темнота…
Плеск воды
Вновь сливается в речи,
И повсюду звучат голоса…

Это вечер меня
Окружает… Это просто
Еще один день
Растворился…
И утром растают
Блики острые, словно тень…

Но надолго останется память.
Звук — в ушах; и виденье…
…Заря…
Мне — другим — не отдать, не оставить
Света желтого
Фонаря… …

 

* * * * *

Ласка — как воздух, —
Так нужна,
Так невидима…
Сказка все!; поздно!..
Не нежна,
И обидела…
Глупые грезы, —
Ждать,
Чтобы помнить…
Жизнь — словно проза, —
Листать,
Только слов нить
Потеряна нами.
Ненужность…
И жалость…
Виновны мы сами…
Как мало
Осталось… … …

 

Нелюбовь

…Заклубились туманы
На разводах мостов,
Мысли рьяные, пьяные,
Стук сердец и часов…
Не обходя необходимости,
Ты дождешься дождя…
Совершеннолетья видимость, —
Совершенно летний я…
Это просто простое пространство…
Ну и как здесь возможна жизнь?..
Беспрестанны странные странствия, —
Бессознательность смыслом отринь.
Раскидай все по стопкам и полочкам.
Ты вдыхаешь спокойно, легко…
Только дышишь ты — все иголочки,
Только пьешь, что давно утекло…
Потому и глаза твои — стеклами,
Потому и слова твои — исповедь…
Оттого и слеза твоя — мокрая,
Оттого и в ушах твоих медь…
Ну а я постою, подумаю…
Посмотрю, как стекает кровь…
Где-то видел я раньше мою,
Ту туманную Нелюбовь…

…Заклубились туманы
На разводах мостов,
Мысли рьяные, пьяные,
Стук сердец и часов…

 

Серый

Между болью и любовью,
Между смелостью и страхом,
Между снов, что алой кровью
Растеклись, смешавшись с прахом…
Между жизнями и смертью,
Меж реальностью и мифом,
Алым парусом метаюсь
В океане между рифов…
Меж отчаяньем, надеждой,
Между нежностью и злобой,
Между веждой и невеждой,
Что во мне сольются снова…
Между радостью и грустью,
Меж раскаяньем и гневом,
Как меж берегом и устьем
Я колеблюсь в мире этом…
Между Ангелом и бесом,
Меж компьютером и зверем,
Потным плотным, бестелесным,
Между «верю» и «не верю!»,
Между Серостью и серой,
Между Светом лишь и Тьмою
Сумрак есть, и Я — в нем — Серый,
Тенью Блеск свой Я омою!.. … …

 

* * * * *

Бледной тенью по изгибам,
Мягким стоном в пустоте
Я иду… Богам спасибо, —
Подарили ноги мне…

О, тяжкий дар развоплощенья,
Жизнь на конце секундной стрелки…
Все — то ли бег, то ли течение,
И камешки Реки так мелки…

Что хранила душа — не понять даже ей,
Все, что думал — лишь вымысел, бред…
Здесь, в прибежище глупых
бескрылых страстей
Догнивает мой блеклый портрет…
Между днями и ночами,
В угол из угла метаясь,
Я еще немножко с вами, —
Только мысли и остались… … …

 

Огненный дар~

Горят глаза. Огонь — как дар.
И бескорыстная тревога…
Одним — наградою от Бога,
Другим — одной из худших кар…
Горят глаза. И мы горим!
Горит, сгорает, тлеет, вьется
Доверья лучезарный дым
И взглядами в глазах смеется,
И стуком сердца отзовется…
Навеки! Высохла слеза!
Огонь — как дар…
Горят глаза!..

 

Благодарность~~

Тонкость рук, угловатость движений
Мы оставим на грани времен.
Ты сыта от моих проявлений,
Я тобою навек напоен…
Там, где в черное сходятся краски,
Там, где звук обретает тишь,
Мы с тобою свои снимем маски,
И останутся чувства лишь…
Мы внезапно получим возможность
Заглянуть не в пустые глаза,
А в туманную осторожность;
В ней скрывается, прячась, слеза.
И на мыслях, текущих несмело,
Будем ставить особый акцент, —
Слов бесценность — благое дело,
Если слово не стоит и цент.
Ну а что до единства желаний —
Нам осталось недолго, поверь!
Видишь, — с помощью общих стараний
Недоверья распахнута дверь.
Не хватает одной лишь детали,
Как для бифштекса с кровью — кровь,
Мне, ей-Богу, не помешает…
В благодарность…
твоя…
любовь…

 

Тень света~~~

И свет свою отбрасывает тень.
Ее другим не видно, — не помеха…
Ее в свету разглядывать им лень,
Сказать о ней — услышать приступ смеха.

Но вопреки ослепленным глазам,
Сиянием лучезарным затуманенным,
Я вам скажу, я это видел сам, —
Есть тень у света, если свет израненный.

Она бежит, стекает словно кровь,
Она, струясь, вот-вот его поглотит…
Она — им вечножданная Любовь,
И свет горит, лишь тень того захочет… …

*** — ПРИМЕЧАНИЕ: Переведено из *.DOC в *.TXT.
Перевод aka Pyr0-

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: