Сергей Бирюков. Молоко Эстонии и др.

Юность. – 1987. – № 1. – с. 5.

МОЛОКО ЭСТОНИИ

Где молоко Эстонии растет?
На краешках дорог
и на лесных полянках.
Тут свой масштаб
и свой простой расчет –
на островах растет и полустанках.
Молочно-белая Ээсти
на молоке готовит вести,
на молоке готовит краски
и молока добавит в сказки.
Пьют из молочной чистой Леты
и пишут молоком поэты.
Им нет забвения за это!

 

БЕГУЩАЯ

Бегущая,
заветная,
земная,
Как на тебя восстала сила злая –
за то, что недоступна, что заветна,
за то, что обликом своим заметна.
Бегущая в толпе, где каждый бега жаждет,
Но ждет и смотрит, кто начнет.
Бегущая из правремен, с тех пор,
когда еще надеялись на ноги,
когда из камня делали топор,
когда вблизи пещер резвились боги.
Бегущая,
развернутая в профиль,
легко берущая барьеры кровель.
Бегущая навеки жизнь.

 

ЧЕТЫРЕ СТРОКИ

Одна строка былинная, длинная-предлинная,
долгая-предолгая, словно ночь зимняя.
А другая строка – из райка –
совсем коротка, как ночь летняя.
А еще строчка – песельное узорочье,
майский денек, волшебный уголек.
А четвертая строка всем великим велика –
небылица в лицах.
Небывальщина –
про ковры-самолеты,
сапоги-скороходы,
скатерть-самобранку…
Встань спозаранку, затопи печь, услышишь речь:
с четырех сторон четыре строки –
от неба, леса, поля, реки.

 

МЕЖДУ ОГНЕМ И ВОДОЙ

Отдыхает на свежей соломе теленок,
от летящих по воздуху теплых пеленок
пар.
На земле этой круглой,
почти что как шар,
на боку ее выпуклом
дом прилепился,
вот ребенок
из кружки водицы напился
и пошел, не упал.
Барабан раскрутился –
ведро полетело в колодец.
Дальний голос
кого-то позвал…
В то мгновенье, покуда
ведро не достигло воды,
повернется земля.
Повернется!
Успеет уйти от беды!
Перегнулась в ведро
из бадьи ледяная вода,
и дрожит меж огнем и водою слюда –
лепесток розоватый
из вечного сада,
заслоняющий мир от распада –
обнаженный ребенок.

г. Тамбов