В. Андреев. Рыцарь краелюбия

Послесловие. – 1994. – № 2.

РЫЦАРЬ КРАЕЛЮБИЯ

Николаю Алексеевичу Никифорову – 80 лет

Этого почтенного джентльмена, чуть согнувшегося под тяжестью лет, с удивительным, единственным, словно вырезанным искусным резчиком, лицом каждый называет по-разному.

Как-то запросто – Николаем Алексеевичем. Кто-то – главным тамбовским Домом. Кто-то – нашим областным Андрониковым. И у всякого есть свое основание.

В самом деле. У кого, кроме как у Никифорова, столько друзей и знакомых, в Тамбове, в Мичуринске, других городах нашей области, далеко за ее пределами?

Кто лучше Никифорова знает старые тамбовские дома, чердаки и подвалы, кто другой так подробно знает тамбовскую кату, все мало-мальские примечательные дома и домишки, где жили или просто на время останавливались те или иные деятели русской культуры? Как же не домовой? Самый знающий, самый дотошный, домовее не бывает.

Кто еще умеет так увлекательно рассказывать, что забудешь все свои планы и стоишь, как приклеенный, и готов бесконечно слушать необычайные истории, приключившейся или с самим Николаем Алексеевичем, или с кем-то из его бесчисленных друзей, истории, в ходе которых раскрываются удивительные тамбовские тайны.

Сам себя он часто называет НАНом, так он подписывается, и эта аббревиатура – одно из изобретений Николая Алексеевича – расшифровывается легко и экономит время.

НАНушко – так ласково называл Николая Алексеевича его приемный отец, он же отец русского футуризма поэт, художник и издатель Д.Д. Бурлюк, кстати, учившийся в конце прошлого века в тамбовской гимназии.

По профессии, если судить по диплому, Николай Алексеевич – инженер-пищевик. Правда, работал в этом качестве недолго. Зато других профессий изведал – не счесть, под стать великому Гиляровскому. Он руководил Тамбовской филармонией, работал в городском парке культуры директором летнего кинотеатра «Родина», возглавлял спортивное общество «Спартак» и сам долгое время занимался парашютным спортом.

Одно из главных занятий его жизни – журналистика. Можно сказать, с детских лет не расстается с пером. О чем и о ком он только не писал! Способности рассказчика и увлеченность своим делом привели Николая Алексеевича в агентство печати «Новости», где он многие годы работал внештатным корреспондентом. Сотрудничал с прессой США, Китая, Англии, Японии, Франции, Финляндии и иных странах.

Куда только не заносила журналистская судьба Николая Алексеевича, по каким только мостовым не стучали его башмаки, но всякий раз в иноземных далях живым видением вставала перед глазами родная Тамбовская земля, о ней он думал, ее следы отыскивал везде, даже и там, где их быть просто не могло. Притяжение родного края, без преувеличения, вело Николая Алексеевича по жизни, оно и отформовало эту уникальную человеческую судьбу.

И если бы мне довелось писать о Николае Алексеевиче статью для библиографического словаря тамбовских знаменитостей (а я это пытаюсь делать), то правильнее всего было бы указать род занятий Николая Алексеевича – краевед.

Вот только сам он предпочитает называть себя не краеведом (словно такой титул – награда не по чину), а – краелюбом. Необычно? Да. А хорошо? Безусловно! То ли сам изобрел Николай Алексеевич такое именованьице своего редкостного поприща, то ли подслушал у В.И. Даля (есть здесь что-то от далевского «отчизнолюба»), а вышло славно, тело и человечно. Одно дело – край свой ведать, и совсем другое, согласитесь, – любить.

И вся жизнь Николая Алексеевича есть воплощение этой любви, особого, выпадающего не всем, призвания.

До сих пор каждый день обегает он Тамбов своим привычным маршрутом, прокладывает новые маршруты в поисках еще не открытого и неизведанного. И непременно поднимается в справочно-библиографический отдел областной библиотеки им. А.С. Пушкина, где мы с ним в последнее время частенько встречаемся. Гляжу на усталое лицо Николая Алексеевича, готовое вспыхнуть при встрече с интересным для него человеком, и вижу не морщины и складки на его лице, а параллели и меридианы, которые довелось ему пересечь, которые привели его к головокружительным поискам и ошеломляющим находкам.

Каждая из его находок – почти чудо. А чудеса не дружат с кем попало. Дружба с чудесами – удел избранных. Никифоров свой среди чудес.

Разве не чудо, что по мановению руки Николая Алексеевича в старый тамбовский особнячок, где находятся его светлицы, со всех сторон слетелись уникальные, дивные вещи, картины, рисунки, письма замечательных людей, чтобы потом, покорные его воле, покинули его гостеприимный кров и перенеслись в государственные хранилища!

А разве не чудо, что жизнь одарила его дружбой с блистательными деятелями русской и мировой культуры: собирательницей талантов Е.Ф. Никитиной, Аркадием Райкиным и его семьей, Д.Д. Бурлюком, Л.О. Утесовым, художниками Т.Н. Мавриной и Н.В. Кузьминым, президентом Финляндии У.К. Кекконеном, Рокуэлом Кентом, космонавтами… Уж не переписать ли сюда и весь энциклопедический словарь?

А как глубоко он знает культуру Тамбовской земли! Недавно удивлялся, что я не знаю о существовании иллюстраций козловского художника С.Г. Архипова к стихам И. Северянина, а потом показывал подаренные ему буквально на днях яркие графические листы старого мастера. Зная о моем интересе к литераторам тамбовским, подсунул мне как-то книгу поэта Н.Д. Немцова, уроженца и жителя Борисоглебского уезда, под названием «Бессмертные звуки сердца».

Есть собиратели для того, чтобы копить и копить. А есть – чтобы отдавать. Никифоров из тех, кто щедро безоглядно раздает. Раздает свое время, свои знания. Недавно при мне целый час с увлечением рассказывал одной десятикласснице, готовящейся к литературно-краеведческой викторине, об истории тамбовского памятника М.Ю. Лермонтова, к которому имеет самое непосредственное отношение. А как трогательна его забота о людях: кому-то подарить редкий значок, кому-то раздобыть почти недоступные сведения, для кого-то заказать у знакомого художника изящный экслибрис. Так вот и мне подарил он однажды памятную медаль, посвященную Боратынскому и его усадьбе Мара.

Давно я был первокурсником литфака, надписал мне Николай Алексеевич свою первую книжку «Поиски и находки»: «с пожеланием находить и беречь». Сам он неукоснительно следует этому принципу.

У него нет ослепительных званий и тутулов. Но у него есть имя – НИКИФОРОВ, – которое стоит многих наград. Это имя давно уже стало визитной карточкой Тамбова и Тамбовщины.

В. АНДРЕЕВ.