С. Бирюков. Многообещающее «начало» и скромные «приметы»

Комсомольское знамя. – 1975. – 14 декабря (№ 149).

МНОГООБЕЩАЮЩЕЕ «НАЧАЛО» И СКРОМНЫЕ «ПРИМЕТЫ»

Стихи поэтов Черноземья

Коллективный сборник стихов «Приметы», изданный Центрально-Черноземным книжным издательством в этом году, – не первая книжка подобного рода. До этого было «Начало» – интересный насыщенный сборник, объединивший молодых поэтов Черноземья. «Начало» было обещающим. Потом вышла «Тропа» – неровный, но опять же интересный сборник, где можно было говорить и о недостатках, и о взятых поэтических высотах. И вот – «Приметы». В эпиграф вынесены стихи липецкого автора В. Репина. Они, в частности, и объясняют название сборника.

Осколок времени боев,
Осколок ржавый,
Отмечено лицо твое
Суровой славой.
…А рана до сих пор болит:
Во чистом поле
Ржавеет, тлеет, жжет, горит
Примета горя.
Но дальше, до небес – взгляни, –
От солнца рыжи,
Растут колосья. Зерна в них –
Приметы жизни!

Эти стихи весьма любопытны тем, что в них разъясняется не только общая сюжетная тенденция (о чем поведают нам тридцать два автора сборника), но и общий поэтический уровень издания.

В сборнике представлено творчество и наших земляков: Виктора Герасима, Аркадия Макарова, Владимира Мусатова, Анатолия Корабелыцикова и Андрея Раевского. О них-то, в основном, и пойдет речь.

Виктор Герасин, учитель из Котовска представлен шестью стихотворениями. Это первое выступление нашего автора в издания подобного рода. Сразу стоит оговориться – стихи, представленные в сборнике, не самые лучшие. «Средьполосная Россия», «Утреннее», «Парню с Тамбовщины» не поднимаются выше зарисовок, хотя и достаточно добротных: В «Парне с Тамбовщиы» и «Окопах» сделана заявка на эпичность, но реализуется она лишь частично в форме – разбивка и рифмовка. Пожалуй, только восьмистишие «Первый прыжок» сделало на должной для В. Герасина высоте.

Стихи Аркадия Макарова всегда привлекали напряженностью, размашистостью письма. Чисто формальные находки никогда не шли вразрез с мыслью. В «Приметах» А. Макаров выступил с поэмой «Корни». И это одна из немногих удач сборника. Здесь есть попытка осмысления современной действительности, понимание диалектики жизни, широта охвата: село, город, становление Советской власти, отзвуки войны, солдатская служба. Повествование ведется не заемным – своим, «макаровским» языком.

Лучшие места поэмы – обращение к родным сельским местам:

…Я ушел от сельского неба,
Я от радости новой млел.
Оторвался зеленый стебель,
ну а корни остались в земле…
От жары даже птицы оглохли.
Перед школой
у самых ворот
целит в небо телега оглобли,
словно спаренный пулемет.
Колесница сия догнивает.
Воробьи
между досок снуют,
то ли корм по пазам добывают,
то ли мелкие гвоздики бьют,
…А в саду,
где быть птице да яблоку,
вдруг транзистор на ветке взыграл.
Понимаю,
стирается явная
эта самая
с городом грань.

Это из четвёртой главки – смыслового центра поэмы, Вместе с теплым, сыновним отношением к своей малой родине здесь есть очень важное понимание движения жизни. Нет пресловутого деревенского снобизма, который сужает кругозор некоторых талантливых поэтов.

Мне кажется перспективным использование автором частушечных, плясовых ритмов (пятая главка). У А. Макарова есть чутье к народной поэтической стихии, и, я думаю, поэма выиграла бы, если бы поэт еще больше разнообразил ее ритмически.

Поэтическая культура привлекает в стихах преподавателя из Мичуринска Владимира Мусатова. В них есть то, что можно назвать стабильностью, профессиональной прочностью. Хорошо ощущается настроение, поэта привлекает жизнь души. Но нет в них эмоциональной энергии, которая двигала бы стихи от сердца к сердцу.

Это же можно, оказать и о стихах поэта из Моршанска Анатолия Корабельщикова. Поэтическая грамотность, умение делать стихи характерны для его творчества. И вместе с этим в некоторых из них отсутствует личность автора.

Риторичны и описательны стихи Андрея Раевского. Иногда они милы, иногда беспомощны… В стихотворении «О счастье» автор взял тон назидательный: «Счастье – свойство человека быть хорошим без изъятья (вероятно, «без изъяна» – С.Б.). Ставши в строй великих века, сознавать, что люди – братья? В общем, мало нового, довольно туманно, но ничего. Далее интереснее:

Быть счастливым может каждый.
Я слыхал совет, бывало:
Невозможного не жаждай.
Будь доволен самым малым.
Будь простым, трудолюбивым,
Обходи соблазнов сети,
И ты станешь вдруг счастливым.
Самым счастливым на свете.

Хочется задать автору два вопроса. А как же быть со «ставши в строй великих века»? Ведь «великие века» жаждали «невозможного» и не были довольны «самый малым». Неужели счастье – это позиция маленького, тихого человечка?

К сожалению, это сочинение весьма характерно для других авторов сборника: стремление к упрощению – мы люди, дескать, маленькие и т.д. В. Беляков из Воронежской области даже в полемику вступает с кем-то по поводу простоты:

Ах, как мы любим говорить умно,
Скользить по лезвию чуть видимого смысла.
Как мы умеем прятать бедность мыслей
За словеса, их ставя кверху дном!

Добавлю от себя еще два восклицательных знака и один вопросительный, потому что, признаюсь откровенно, не знаю, как можно ставить словеса кверху дном. И еще. Упрекая кого-то в умении прятать «бедность мысли», сам автор в данном случае этого не делает, как и некоторые другие авторы сборника. Но это в конечном счете их личное дело – пишут как умеют. В сборнике «Приметы» мы встретились с обилием авторов, стихотворных размеров, художественных особенностей… Но вместе с этим многие стихи не дотянули до того поэтического уровня, который отличал предыдущие сборники.

С. БИРЮКОВ.