Илья Кукуй. Книга для глаза, голоса и слуха

Русская мысль. – 2003. – 26 июля (№ 37) (?). – с. 6.

КНИГА ДЛЯ ГЛАЗА, ГОЛОСА И СЛУХА

Илья Кукуй, научный сотрудник Университета Билефельд (Германия)

Сергей Бирюков. Року укор: Поэтические начала. М., РГГУ, 2003.

В аннотации к новой книге Сергея Бирюкова «Року укор: Поэтические начала» адресатом издания названы «профессионально занимающиеся русской поэзией и самый широкий круг читателей». Если профессионально занимающиеся поторопятся, то книгу эту они, может быть, еще и купят, но вот широкому кругу читателей тиража две с половиной тысячи может и не хватить: в середине 90-х годов десять тысяч экземпляров книги «Зевгма» (ее существенно переработанной версией и является «Року укор») разлетелись с невиданной быстротой, и книга стала библиографической редкостью.

И это легко объяснимо. Сергей Евгеньевич Бирюков – один из наиболее авторитетных специалистов в той области современной литературы, которая продолжает традиции классического авангарда. Основатель и президент Академии зауми, лауреат международного литературного конкурса в Берлине и Международной литературной премии им. А. Крученых, научный сотрудник Университета Галле-Виттенберг, он является одним из активнейших пропагандистов экспериментальных форм поэзии в России и за рубежом. А пропаганда в данном случае – дело важное. Ведь визуальная и саунд-поэзия, минимализм, концептуализм (в его истинной, «нераскрученной» ловкими менеджерами от культуры версии) – на первый взгляд, продукт не для широкого круга.

Кто в своей жизни не давился строкой «дыр бул щыл» и не глядел в недоумении на «Черный квадрат»? Автор «Року укор» – книги, почти квадратная форма которой выбрана явно не случайно, – анализирует подобные тексты столь увлекательно и доходчиво, что даже самый заклятый антиавангардист вряд ли быстро выпустит ее из рук.

Причиной тому – не только интереснейший авторский комментарий. Соотношение литературных текстов и комментария к ним – примерно десять к одному. «Року укор» – уникальная антология русской экспериментальной поэзии, начиная с эпохи барокко и вплоть до сегодняшних дней. В книге представлено более пятисот произведений более чем ста шестидесяти авторов, причем большинство поэтов среднестатистическому читателю вряд ли знакомы, а такие безнадежные «архаисты», как Г.Р. Державин и К.Ф. Рылеев, на поверку оказываются новаторами похлеще Дмитрия Александровича Пригова.

Книга состоит из двух частей, «Поэзия для глаза» и «Поэзия для голоса и слуха», и в каждой из них автор демонстрирует читателю «поэтические начала» в их первозданном виде: акростих и однострок, анаграмму и палиндром, заумь и центонные формы, музыкально-поэтический эксперимент и визуальные системы. Причем то, что обычно кажется в лучшем случае удачным трюком, в контексте, выбранном Бирюковым, предстает как неотъемлемая часть поэтического процесса и истории русского стиха.

В начале 90-х годов в книге «Зевгма» (М., «Наука», 1994) Бирюков первым из теоретиков и практиков современного авангарда обобщил свой опыт и взгляд на русскую поэзию с точки зрения экспериментальных поэтических форм. За последние десять лет эстафету «Зевгмы» и ее автора перенял целый ряд исследователей как в России, так и за рубежом (А. Бубнов, Д. Булатов, И. Васильев, И. Лощилов, Х. Шмидт и др.). Появление книги «Року укор» одновременно и показывает истоки этого направления в литературоведении, и дает новый импульс к дальнейшему изучению, и – что более важно – к чтению и перепечатыванию экспериментальной литературы.